Сексуальные игры в парапубертатном периоде сравнительно быстро проходят, они длятся год-два. Их главная задача – закрепление сложившегося полового самосознания, из генитально-познавательных они становятся прогнозно-ролевыми. Ребенку предстоит сыграть то, что он из себя еще не представляет. Усложняясь, эти игры уходят от генитального осмотра и включают имитацию романтических отношений: поцелуи, объятия, признания в любви, но теперь реализуются как бы «понарошку» и прилюдно в детской среде. Не смотря на демонстративный, не всегда искренний протест девочек, эти игры иногда оставляют довольно глубокие следы в душе «игроков». В этом возрасте решается один из главных вопросов психосексуального развития – закладка будущих паттернов гетеросексуальности. В сознании ребенка переплетаются интерес к старшим на десяток лет, то есть пубертатным представителям противоположного пола, стремление кокетничать, заигрывать с ними, декларации о желании вступить с ними в брак в будущем и утрата интереса к ним, как только ролевой наигрыш насыщен или скорректирован педагогическими усилиями родителей. Многие из тех, кто утверждает, что помнит себя с трехлетнего возраста, очень подробно и правдоподобно описывают свои первые доэротические, но, несомненно, гендерные переживания, инициированные становлением полового самосознания. Если после этого периода наступала значительная пауза в контактах, связанная, например, с окончанием дачного сезона или отъездом из детского лагеря, то многие уже в подростковом возрасте не могли понять истоков своей прежней детской привязанности при встрече с партнерами допубертатных игр.
Возраст до семи лет – время активного социокультурного полового развития. Для характеристики темпов умственного развития с подачи Б. Блама используют статистическую метафору: если исходить из развивающегося к 17 годам интеллекта, то примерно на 20% он формируется к концу первого года жизни, на 50% – к 4 годам и на 80% – к 8-ми.
Вполне естественно, что в этот период возрастает ответственность родителей за половую идентификацию ребенка. Именно они, как наиболее близкие малышу люди, обязаны правильно объяснять половые различия и показывать их, создавая условия и применяя действенные меры к недопущению ошибок на данном пути. Вот как описана такая классическая ситуация В. Каганом: «Мальчик 2,5 лет – чрезвычайно миловидный и грациозный, с блестяще развитой речью. Его обычно принимали за девочку. Воспитывался матерью и ее родителями – очень заботливыми и ласковыми людьми, был любим всеми в семье. Дома его называли ласковым именем Анюля, всем нравились его мягкие кудри и ласковость, как, впрочем, и ошибки чужих людей, принимавших его за девочку. В 2,5 года он не любил и побаивался типично «мужских» игрушек (пистолеты, сабли и др.), терялся и отходил в сторону при общении с более инициативными или агрессивными сверстниками, предпочитая в таких случаях роль стоящего рядом комментатора. Кстати, речь у него сформировалась очень живая, взрослая, с тонким чувством слова и очень образным строем. Долгое время он никак не реагировал на то, что его путают с девочкой. Между 2,5 и 3 годами ему остригли кудри, и дома он уже бегал не в колготках, а в брючках. Появившийся в доме взрослый мужчина стал порой играть с ним, дарить ему «мужские» игрушки и называть его полным именем. Спустя какое-то время произошел такой эпизод. Зимой, когда был одет в «бесполую» шубейку, к нему обратились; «Какая красивая девочка! Как тебя зовут?». На что ребенок серьезно ответил: «Я не девочка – я мальчик. Это я раньше был девочкой, а теперь я – мальчик. И зовут меня Андрюша». (В. Каган, 1991)
По оценкам специалистов в области детской сексуальности, на данном этапе моделируются макросоциальные роли (профессиональные и семейные) и создаются основы сексуальной культуры за счет развития способности конструктивного общения со сверстниками, которая сохраняется на протяжении всей жизни. Ключевые социальные факторы, способствующие формированию сексуальной культуры, это общение в семье и игры со сверстниками. Именно от сверстников большинство детей получают информацию о половой жизни, осваивают соответствующую терминологию и не всегда адекватно употребляют ее в общении со взрослыми. Детские сексуальные интересы в этом возрасте могут проявляться в широком поведенческом спектре от непринужденного и невиновного любопытства, свойственного подавляющему большинству детей, особенно посещающих детские дошкольные учреждения, до провокационной раскованности и открытой вербальной агрессивности с использованием обсценной лексики.
В этом возрасте ребенок начинает понимать, что есть тема, о которой не принято говорить. Но пытается удовлетворить естественное любопытство, задавая вопросы, делая замечания и оценивая происходящее. Это время, когда их интересует проблема, откуда происходят дети и где они до этого были. Объяснения в первую очередь ложаться на родителей. Такая важная проблема полового воспитания ребенка, как ответы на детские вопросы о сексе обрушиваются на плечи родителей довольно часто. И нередко папы и мамы просто не готовы к ним, а этому надо учиться и быть готовым к «экзамену»
Дети нередко оказываются свидетелями или участниками сексуально окрашенных сцен и ситуаций. При этом им не всегда самим просто разобраться в том, как надо поступить, и чаще всего они ориентируются на предполагаемую реакцию окружающих. Причина в той особой значимости, которая выраженная бурной реакцией взрослых. Довольно часто встречаются сцены, когда на мониторе прокручивается видео– ролик с легким эротическим подтекстом, который не сразу бывает понятен даже некоторым взрослым. Но присутствующая на просмотре целомудренная бабушка может так бурно отреагировать на увиденное, сделав акцент на «грязи» и «похабщине», что присутствующий рядом трех-четырехлетний ребенок сразу же попросит объяснить ему: «А что это было?!»
В общении со сверстниками, в первую очередь в полоролевых, «семейных», играх, требующих выполнения определенной роли – жениха, невесты, отца, матери, ребенка и т. д., примеряется половая роль, отражающая различные аспекты человеческих отношений, в том числе и сексуальных. Такого рода «семейные» игры в зависимости от информированности детей могут отражать широкий репертуар гендерного поведения взрослых: от подражания поведению родителей (чтение отцом газеты перед телевизором, выполнение матерью работ по дому) до инсценировки домашних скандалов. При участии в играх детей разного возраста младшие сначала выполняют роль дочки, сына, а по мере взросления и обучения переходят на роли матерей и отцов.
По данным В. К. Лосевой и А. И. Лунькова (1995), к 5—6 годам ребенок уже твердо идентифицирует себя с полом и осознает необратимость половой принадлежности. В этом возрасте окончательно формируется константность пола, психологически «переделать» его практически невозможно. Дети даже кукол теперь называют не так, как в 3—4 года («дядя, тетя»), а по взрослому: «мужчина, женщина». К 6 годам ребенок хорошо понимает, что пол – это навсегда и мальчик, когда вырастет, будет мужчиной отцом, а девочка – женщиной и матерью. Правда, в восприятии ребенка дистанция между ним и взрослыми людьми его пола значительно больше, чем между ним и сверстниками другого пола.
Если у некоторых 6-тилетних детей в поведении отчетливо проступают ролевые элементы, то это вовсе не означает, что формирование полоролевого стереотипа начинается в парапубертатном периоде. Просто в переходной зоне (5—7 лет) сосуществуют дети, у которых еще продолжается парапубертатный период, и те, у кого уже начался препубертатный. Наличие этой буферной зоны позволяет несколько притормозить быстроразвивающихся и «подтянуть» тех, кто развивается медленнее.
Если по завершению парапубертатного периода ребенок сохраняет двойственную гендерную аутоидентификацию или вообще избегает этой темы, то это может служить указанием на возможность развития редкого, но наиболее тяжелого сексопатологического синдрома – транссексуализма.
Таким образом, основной характерной особенностью сексуального развития в парапубертатном периоде является формирование полового самосознания. Ребенок для себя отвечает на вопрос «Кто ты?» и к 5—6 годам уже твердо идентифицирует свою половую принадлежность, понимая её необратимость. Сексуальные игры и младенческая мастурбация – еще условно-сексуальное поведение, отражающее первые шаги в сексуальном развитии на данном онтогенетическом этапе.
Глава 4. Препубертатный период
Следующий этап онтогенеза сексуальности – препубертатный или предподростковый период – длится с 5—7 до 11—13 лет. Это время формирования полоролевого поведения (или полоролевого стереотипа). В некоторых научных работах и в художественной литературе этот возраст иногда называют отроческим. Собственно, в словаре Даля устаревший термин отрок означал ребенка с 7 до 15 лет, младшего княжеского пажа, работника (слугу или батрака) и просто шалуна, сорвиголову. Отрочество – возраст между детством и юностью, и если традиционно считать юностью возраст от 14 до 18 лет, то именно отрочество с учетом акселерации развития во второй половине ХХ века почти идеально заполняет предподростковую возрастную нишу. В педагогике это младший и «полусредний» школьный возраст.
